Личность и группа в психодраме

Личность и группа подобны двум полюсам: они представляют собой противоположности и совместно с тем обусловливают и дополняют друг дружку. Группа является такой, если в ее состав входят люди, которые более либо наименее различаются меж собой. Но стать индивидуальностью можно, только противопоставляя себя группе.

В этих 2-ух качествах существует сокрытая Личность и группа в психодраме причина амбивалентного дела к группе многих людей: с одной стороны, их завлекает чувство сплоченности и защищенность, а с другой - они испытывают жгучую потребность в том, чтоб проявить свою особенность.

Обоснования возражений против групповой работы и групповой терапии основаны на сокрытом ужасе - перед неприятием группой либо некоторым авторитетом, также опаски, связанные с Личность и группа в психодраме возможностью оказаться под давлением группы либо ведущего. Существует и ужас перед коллективным сознанием группы и боязнь получить репутацию "ненормального". Многие участники безотчетно боятся, что в психодраматической группе их личность не сумеет послужить им достаточной защитой, тогда и проявятся их слабенькие места, которые хотелось бы скрыть не только Личность и группа в психодраме лишь от окружающих, да и от самих себя. Ни один из нас не вожделеет стать оголенным перед другими, сбросив свою "социальную оболочку". Вследствие ужаса либо недостающего осознания кто-то из нас заключает все свои внутренние ценности в "башню из слоновой кости" (другими словами уходя от жизни) и рассчитывается за это Личность и группа в психодраме долговременной изоляцией, которая считается процессом индивидуации.

Когда, вопреки всем сознательным резонам, возникает чувство, что чего-то не происходит и существует потребность в чем либо еще, появляется необходимость в людском общении. В безотчетном имеется познание о том, что "отношение к для себя проявляется в отношении к ближнему и нет Личность и группа в психодраме ничего, что в отношении к ближнему не относилось бы вначале к для себя"56 . Тут предполагается, что поначалу следует выработать правильное отношение к себе, посмотреть на себя заного, может быть, узреть себя в зеркале других, чтоб потом придти к реальным, взимообогащающим отношениям с окружающими.

Для каждого определенного человека свойственны не Личность и группа в психодраме только лишь его сознательные установки, да и связи коллективного безотчетного. Он представляет собой не только лишь долю коллективного сознания, да и некоторую часть коллективного безотчетного. Тогда для человека может появиться определенная опасность не совладать с содержанием коллективного сознания. В таком случае личное сознание отождествляется с коллективным и расширяется, при всем Личность и группа в психодраме этом содержание коллективного безотчетного на сто процентов вытесняется, и человека начинает переполнять психологическая энергия. Таким макаром, перед феноменом растущего скопления коллективного безотчетного он оказывается совсем немощным.

Вследствие такового процесса возникает так именуемый человек толпы, каковым никто себя не считает. Меж тем пренебрежение человеком толпы и рвение держать его на расстоянии Личность и группа в психодраме характерны конкретно коллективному сознанию. И та напористость, с которой любой из нас этот нюанс отторгает, вызывает естественное подозрение о его присутствии в качестве тени. То, что отвергается сознанием, продолжает жить в безотчетном.

Уже в 1949 году Нойманн писал: "В безотчетном нашего современника человек толпы существует как часть психологической Личность и группа в психодраме составляющей, как часть личности, которая, ... действуя автономно, может оказывать гибельное воздействие... Этот безотчетный нюанс противоречит сознанию... он иррационален и эмоционален, представляет собой антипод особенности и оказывается разрушительным... Он преобразуется в тень, составляющую некоторую часть личности, темного брата-близнеца эго. Только в исходящем от эго процессе интеграции, в процессе сознательного погружения в Личность и группа в психодраме глубины безотчетного появляется некоторая попытка его связи с сознанием" 57.

В психодраматической группе возникает возможность выявить этот коллективный теневой нюанс человека, к примеру, по лишней приверженности к коллективно воссозданным паттернам поведения и деятельности. Точно таким же образом в психодраме можно впритирку соприкоснуться и с другими личностными качествами. Человек толпы должен быть Личность и группа в психодраме извлечен из собственного теневого бытия и проведен через сознательное переживание, которое как раз и значит " личностный рост".

Следующее безотчетное притяжение меж отдельным человеком и группой позволяет выявить теневой нюанс "атомизированной особенности" (термин Нойманна). Вначале положительный процесс освобождения эго и сознания из-под давления безотчетного (либо рвение избавиться от коллективной Личность и группа в психодраме опеки и признания авторитетов) приводит к расколу в системе группа-личность и появлению атомизированного индивидуализма.

Начиная с гордости собственной победой, человек спустя какое-то время приходит к чувству изоляции: хотимая свобода оборачивается для него пустотой. Все пореже и пореже его греет живое общение, и даже самая малая группа Личность и группа в психодраме - семья - и та, кажется, распадается.

Сознательная адаптация к окружающему миру сейчас практически непременно подразумевает наличие собственной "особенности", "собственного представления". Входят в моду новые слова типа "самовыражения"57а. Переполненный информацией и способностями "творческой" реализации человек меньше понимает, кто он, что он собой представляет и в заключается чем смысл его Личность и группа в психодраме жизни.

Нойманн пишет: "Современная революция населения земли, в эпицентре которой мы на этот момент находимся, вследствие переоценки ценностей привела к дезориентации всех совместно и каждого в отдельности. Мы раз в день сталкиваемся с ее последствиями: политическими для публичных структур и психическими в личной жизни человека - и от этого страдаем Личность и группа в психодраме"58. Таким макаром, потерявший ориентацию человек мучается не столько из-за утраты внутренних и наружных ценностей, сколько сначала от сознания окружающего его вакуума и отсутствия возможности к общению с другими. Он оказался "зажат", утратив какую бы то ни было связь со своими инстинктами и безотчетным.

Он приходит в группу, ибо перестает выносить Личность и группа в психодраме одиночество и утрату духовной связи с людьми. "Дезориентированный, оптимальный, атомизированный, "отключенный" от безотчетного",59 современный человек идет в группу, безотчетно надеясь расшевелить свои чувства и вновь повстречаться с людьми. И тут он, конечно, "натолкнется" на источник собственного "атомизированного индивидуализма" (выражение Нойманна). Это означает, что его ждет конфликт Личность и группа в психодраме со собственной психологической сутью, которую он до сего времени игнорировал в собственном стремлении "соответствовать".

Не является ли такое рвение к людям и возвращение в коллектив регрессией? Может быть, тут есть нечто от тоски по утерянному раю? Должна ли группа компенсировать человеку "нехватку личного" (Юнг)? Либо же она должна послужить Личность и группа в психодраме в качестве подмены утраченным соц связям? 59a

Полностью может быть, что изоляция и отсутствие возможности к общению могут породить инфантильное желание "укрыться "в теплом коллективе группы. Но в личном анализе похожие ожидания связываются с поисками отца либо мамы: у их тебе всегда найдется время, им все можно поведать, они всегда принимают Личность и группа в психодраме тебя таким, как есть.

Психодраматическое действие ориентировано совсем не на то, чтоб опять "ввести" человека в коллектив. Цель психодрамы заключается в его переориентации, и сначала - с помощью группы и в полемике с ней. Смысл психодрамы заключается в возникновении нового восприятия в переживании себя и других.

До того, как человек Личность и группа в психодраме пришел на психодраму, на каком бы шаге его жизни это ни случилось, он в той либо другой степени соответствовал собственному окружению. Такая адаптивная ориентация, отвечающая личным склонностям и способностям, может считаться полностью естественной. Вкупе с тем совсем естественным оказывается и угнетение собственных склонностей, препятствующих этой адаптации, другими словами угнетение "неприемлемых Личность и группа в психодраме" установок (для экстравертов оно связано с полным отвлечением внимания от внутренних переживаний, для интровертов - напротив, с уходом глубоко в себя) и пренебрежение "малоценными" функциями. (Человек с высшей чувственной функцией третирует функцией мышления, которая перестает быть для него нужной и завлекает к нему ненужное внимание; человек с высшей функцией Личность и группа в психодраме чувства подавляет внутри себя интуицию, которая, как ему кажется, вводит его в заблуждение, и т.д.)

Но такое игнорирование имеющихся способностей приводит не только лишь к определенному обделению себя и духовной неполноценности, да и значительно препятствует процессу индивидуации, направленного на обретение целостности. В конце концов приходит момент, когда Личность и группа в психодраме рвение человека соответствовать требованиям собственного окружения приводит к возникновению у него чувства опустошенности, недовольства, депрессии либо "мятежа". Появляется чувство пустоты и чувство утраченного времени. Поток психологической энергии изменяет свое направление тогда и прогрессивный процесс адаптации оборачивается регрессией.

Конкретно в таковой момент жизни человек обращается к аналитику либо приходит в Личность и группа в психодраме психодраматическую группу. Его обхватывает непонятное раздражение, неосознанное рвение к актуальному обновлению принуждает его находить новые пути. И такая реакция является подсознательно верной. Выходит еще ужаснее, если человек продолжает упрямо подавлять свое недовольство (что в нашем обществе, не очень настроенном на "духовную волну", происходит сплошь и рядом).

Третировать внутренним напряжением, показавшимся Личность и группа в психодраме в итоге однобокой адаптации, - означает идти к внутреннему конфликту. Его, в свою очередь, тоже стараются не замечать, объясняя наружными факторами. В конце концов это приводит к диссонансу меж основными и вспомогательными функциями, "расщеплению личности" и неврозу60. Начинают развиваться симптомы, в поведении человека проявляется неадекватность, он ощущает себя злосчастным, становится брутальным либо Личность и группа в психодраме впадает в депрессию.

Сейчас остается дожидаться регрессии, к которой можно было бы придти уже при первых признаках недовольства. Конкретно регрессия сейчас становится адаптацией к требованиям, которые предъявляет к человеку его внутренний мир. Она следует за прогрессом, как сон за следует за состоянием бодрствования, и так же, как сон Личность и группа в психодраме, оказывает регенерирующее воздействие.

Если ранее психологическая организация человека была более экстравертированной, сейчас происходит его воззвание к сути происходящего и углубление в себя. Если ранее он был более интровертированным и его завлекали внутренние состояния и движения души, сейчас у него появляется необходимость (к примеру, в психодраматической группе) выйти Личность и группа в психодраме из собственного внутреннего мира и обратиться к миру, который его окружает: узреть других людей, направить внимание на их поведение, поступки, задуматься над ними и т.д.

Обе установки могут существовать как в прогрессивном, так и в регрессивном виде (регрессией считается изменение "естественного" типа адаптации). Чем наименее необходимыми становятся цели, на Личность и группа в психодраме которые ориентирован процесс адаптации, тем большее значение получают те способности психики, которые до сего времени по той либо другой причине не проявлялись либо игнорировались. Таковой процесс гласит об усилении безотчетного (состоящего из личного и коллективного), которое угрожает "переполнить" слабенькое эго.

Не считая того, нюансы, которые до сего времени игнорировались и Личность и группа в психодраме не развивались в силу собственной невостребованности, несут внутри себя архаичные, нередко угрожающие либо очень неприглядные черты.

Как ранее говорилось, регрессия может быть не только лишь освежающим и укрепляющим сном, да и сном, полным кошмара и кошмаров, который принуждает человека пробуждаться с кликом. "Ужас" может, к примеру, заключаться в том, что Личность и группа в психодраме человек сталкивается с необходимостью самоутвердиться в той либо другой группе, отыскать подходящий подход к различным людям. Если этого не выходит, он очень болезненно чувствует архаичную сторону собственной психики.

Очевидно, приспособленное сознание противится регрессии. Но невозможность предстоящего развития сама по для себя приводит к регрессии, не считаясь с сознанием Личность и группа в психодраме. Эта регрессия выступает в качестве адаптации к требованиям внутреннего мира.

Когда происходит адаптация к условиям, выдвинутым внутренним миром (она может быть и принужденной, достигаться через конфликты, кошмары, симптомы), психологическая энергия освобождается вновь и дает начало прогрессивным процессам. И если к психологическому содержанию, которое проявилось в процессе регрессии Личность и группа в психодраме, "подключается" сознание, можно считать, что изготовлен принципиальный шаг к достижению целостности.

Конкретно такая возможность для регрессии предоставляется в группе. При безотчетном стремлении к целостности группа может восприниматься как отражение настолько вожделенной цели. Группа может поддержать процесс заслуги целостности, но ни при каких обстоятельствах не заменять собой цель этого процесса Личность и группа в психодраме. Другими словами, группа - не сам архетип, а в наилучшем случае архетипический образ. Тем паче группа не является олицетворением Самости. Она может только содействовать ее проявлению.

Все же психодраматическая группа делает условия для возникновения феноменов, "всплывающих" в итоге регрессии. Она делает неопасное место, в каком при помощи психодраматических техник могут Личность и группа в психодраме отыскать свое выражение архаичные, неразвившиеся, а поэтому самые нелицеприятные нюансы психики.

Происходящая во время деяния настоящая встреча с психологическим содержанием оказывает на человека очень сильное воздействие, она повлияет и преобразует его. Даже примитивные на вид, неискусные и неудобные пробы войти в состояние интроверсии не просто становятся вероятными; они воспринимаются полностью серьезно вместе Личность и группа в психодраме с доныне скрываемым рвением перевоплотиться в экстраверта, которое, на 1-ый взор, делает поведение человека дурашливым либо брутальным. Во "наружном" мире пробы подобного проявления либо хотя бы признания внутри себя таких эмоций и переживаний могли бы окончиться очень плачевно. (Вспомним, как нередко мы конфузливо утираем слезы!) В "неопасном Личность и группа в психодраме пространстве" психодраматической группы любой из присутствующих, образно говоря, выставляет на всеобщее обозрение свои чувства. Это происходит как в процессе деяния, так и после него, во время шеринга, когда душа каждого участника раскрывается в ответ на раскрытие протагониста.

Но условия психодрамы позволяют протагонисту перед всей группой проявлять беспощадность, открывать духовные раны, испытывать Личность и группа в психодраме чувство вины. Другими словами, вынуть на поверхность те чувства, которые обычно мы внутри себя подавляем, желая приспособиться к окружающему миру, щадить собственных ближних либо испытывая ужас перед ними. В психодраме возникает возможность проявить эти чувства, вступив с ними в контакт. От этого они не закончат таить внутри себя опасность Личность и группа в психодраме, нагружать, не станут наименее суровыми, но в некий степени утратят свою взрывоопасность, возникающую вследствие их вытеснения, потаенного присутствия и стыда за их. В этом случае психодраматическая группа, которая является очевидцем происходящего, воспринимает на себя роль духовника, а освобождение протагониста от тяжкой ноши можно сравнить с отпущением грехов Личность и группа в психодраме.

Теолог Тиллих гласит: "Спасение либо исцеление происходит modo parficipationis (только при терпеливом участии) сначала через причастность к беспристрастному". Вся группа, включая ведущего, становится причастной к беспристрастному событию, признанию протагонистом личной ущербности и вины. В то же время она становится очевидцем целительного воздействия драмы, порожденной решительностью и мужеством.

Полностью возможно Личность и группа в психодраме, что сторонний наблюдающий увидит определенную опасность, сокрытую в вероятном преувеличении участниками роли группы, в проецировании на группу Самости либо в принятии на себя ведущим родительской роли. Тут можно усмотреть опасность в том, что, будучи принятыми, такие проекции могут привести к «инфляции» и своей переоценке. Но такие опаски кажутся совсем неприемлимыми, практически Личность и группа в психодраме заносчивыми в процессе психодраматического деяния, во время сопереживания драме протагониста и всех других участников, чувства чувственной включенности, всеобщего неравнодушия и сопутствующего чувства бессилия каждого человека в отдельности, когда в спонтанном развитии деяния участвуют все без исключения.

Рассматривая Самость в качестве основного архетипа, определяющего все архетипические структуры Личность и группа в психодраме и понимая, что в психодраме воспроизводятся и разыгрываются архетипические ситуации, навряд ли кому-нибудь из участников может придти в голову, что это "сделал" конкретно он, ведущий либо кто-то еще.

В один прекрасный момент один из участников группы, священник, произнес: "Если я вообщем когда-либо чувствовал присутствие Святого Духа, то Личность и группа в психодраме это случилось тут, во время психодрамы".

Вот почему значение психодрамы переоценить нельзя. Сомнения только подтверждают могущество сил, которые начинают действовать, когда встречаются люди.

Если каждый участник группы стремится отыскать ядро своей души, почувствовать свою Самость, то появляется вопрос о вероятном нуминозном переживании в психодраме.

Морено гласил об этом с Личность и группа в психодраме прямотой, которая кажется детской: "Бог не погиб. Он живет в психодраме" 62. А в одном из писем Юнга есть такие строчки: "Самость... на самом деле собственной множественна... она символизирует коллективное и... соединяет воединыжды людей в группы" 63.

Понимание человека группой в качестве Самости может придать мужества каждому, кто тут впритирку соприкоснется со своим Личность и группа в психодраме своим “я”.

У каждого участника психодраматической группы существует "потребность в регрессии". От ее интенсивности и остроты зависит возможность предстоящего личного развития. Накопившаяся энергия меняет свое направление, что приводит к возникновению нового представления о имеющихся требованиях внутреннего и окружающего мира. В таком случае психодрама может оказать гигантскую помощь. И все Личность и группа в психодраме-же она не может вполне поменять личный анализ, хотя бы поэтому, что человек очень изредка получает возможность стать протагонистом. Не считая того, только психодраматическая терапия таит внутри себя опасность (так как все "всплывающие на поверхность" нюансы воспринимаются только чувственно), что следующий анализ переживаний возможно окажется недостающим Личность и группа в психодраме.

Да и 1-го умственного проникания в содержание безотчетного в процессе личного анализа совсем недостаточно. Конкретно об этом пишет Юнг в "Психологии переноса": Тот, кто "настаивает только на мыслительном процессе, теряет терпение, полный желания проскочить стадию незапятнанного деяния. Даже если они с ней и соглашаются, то при всем этом вроде бы воздают дань Личность и группа в психодраме способности реализации мысли. Но им кажется необычной и даже абсурдной необходимость вступления в чувственный контакт со своим внутренним миром. Умственное осознание, как и незапятнанный эстетизм, делают обманчивое, соблазнительное чувство свободы и приемущества, которое при чувственном вторжении может привести к срыву. Этот срыв значит наличие некоторой связи меж бытием Личность и группа в психодраме и смыслом символических содержаний, и эта связь оказывается очень нужной для этически верного поведения..."64

ПСИХОДРАМА КАК ИГРА

Психодрама предоставляет человеку возможность пережить развитие "незапятнанного действия". При всем этом мы вовлекаемся в действие полностью: и душой, и телом. Проявление чувств тут становится полностью уместным: в игровой форме они находят Личность и группа в психодраме свое естественное отражение.

Но психодраму не стоит рассматривать как обычную игру либо дальную от действительности фантазию, не имеющую никакого дела к "реальной" жизни. Напротив, по чувственной насыщенности игра может превосходить ежедневную жизнь и содержать еще больше смысла.

В обыденной жизни игре принадлежит особенное место, потому нужно найти ее роль и Личность и группа в психодраме длительность. Это относится даже к детским играм, пока они составляют основное занятие малыша. Да и тогда для игры отводится определенное время и создаются определенные условия.

В игре рождается новый мир. И в детской игре, и в психодраме реализуется внутренний мир человека.

И там, и там в реальном пространстве и Личность и группа в психодраме времени раскрываются внутренние людские переживания, которые приводят к личному росту, содействуя созреванию либо/и исцелению человека. Так "на заре публичной жизни совершались священнодействия, считавшиеся залогом счастья. Они происходили в форме игры в прямом смысле этого слова". (Хейзинга "Homo Ludens"). Морено называл игровое действие, происходящее в психодраме, "естественным методом исцеления". В Личность и группа в психодраме процессе игры созидается новый мир, в каком всему находится место: в большенном и малом, в жизни коллектива и каждого человека в отдельности, в священнодействии и мистерии, в бое быков и - психодраме.

По воззрению Хейзинги, даже Платон не колебался в тождественности игры и священнодействия, потому в собственных сочинениях Личность и группа в психодраме он связывал сакральные ритуалы с игрой: "Следует быть суровым в суровом, и это Бог, который достоин глубочайшей серьезности; но человек сотворен, чтоб быть игрушкой Бога, и это к наилучшему. Так живут все, но задумываются, что живут по-иному. Каждый человек должен как можно лучше провести на земле отпущенное ему время Личность и группа в психодраме. Как конкретно? С песнями и танцами, играя в достойные игры и принося жертвы..." 66

Тут Платон соединяет игру и обряд. Отличительные признаки игры и обряда сразу являются главными признаками психодрамы.

Когда в группе на чувственном уровне прорабатывается в особенности тяжелая неувязка либо суровый конфликт, может случиться так, что окажутся затронутыми до Личность и группа в психодраме сего времени неведомые, а нередко - даже небезопасные глубинные слои психики. В таком случае возможно окажется полезным защищенное место психодрамы, в каком огромное значение имеют надежность группы, определенная структура игры и ритуальность каждого совершаемого шага в процессе деяния. Игра и обряд являются элементами психодрамы, создающими как наружные рамки, так и внутренние Личность и группа в психодраме связи, которые позволяют распознать сокрытый смысл происходящего деяния.

Сначала я остановлюсь на имеющихся в психодраме элементах обряда, а потом - на соответствующих особенностях игры и психодрамы.

Обряд защищает от случайности и произвола, от неожиданности и опасности. Снаружи он сводится к повторению определенных действий; при всем этом каждый Личность и группа в психодраме участник должен исполнять ритуалы, подчиняться им, уважать их, относиться к ним серьезно, ибо они связывают воедино всех участвующих.

Сам по для себя обряд не имеет определенного содержания. В изначальном смысле он представляет собой символическое действие и служит для усиления контекста, в этом случае - контекста психодрамы. Можно сказать, что всякий раз при выполнении Личность и группа в психодраме обряда в психодраме создается новый космос, потому что всякую психодраму можно отнести к некоторой форме творчества, когда протагонист из хаоса и множественности, представляющих для него опасность, в "собственном" времени делает "собственный" мир. В его внутреннем мире может существовать огромное количество различных ситуаций, событий и персонажей. Его внутреннее время Личность и группа в психодраме может включать в себя ситуацию в прошедшем, где находятся корешки конфликта, и сразу - истинное и будущее.

Описанные ранее стандартные этапы развития психодраматического деяния, в каких просматриваются три ступени, ведущие в плоскость игры, можно считать "переходным обрядом". Тут имеется в виду переход, совершаемый из окружающего мира во внутренний, от Личность и группа в психодраме одной установки к другой, от 1-го психологического состояния с ясным сознанием к другому, в каком вероятны игра воображения и создание внутренних образов методом "понижения сознательного уровня".

Совместно с тем это переход от группы людей, пришедших "снаружи", к психодраматической группе, участники которой являются сразу и очевидцами, и исполнителями. Точно Личность и группа в психодраме так же в итоге совершения нового "ритуального перехода" члены группы преобразуются в персонажей внутреннего мира протагониста.

Целостную психодраматическую систему Морено называл "разновидностью галлактического общения". Она представляет собой "совокупа того, что укрыто за словами, и того, что им предшествует, а потом служит основой для построения мира слов".

Совершаемый обряд оказывает на Личность и группа в психодраме человека более глубочайшее воздействие, чем слово либо поступок. Он вовлекает человека на сто процентов. Это имеет отношение и к исполнителям, и к зрителям. Обряд - это чувственное отражение духовного опыта, когда нечто, до сего времени неуловимое, становится видимым и постижимым.

Обряд - это движение, а всякое движение подразумевает путь. Всем, кто находится в Личность и группа в психодраме движении, обряд помогает отыскать собственный путь.

Психодрама соединяет элементы группового и личного обряда. Эрих Нойманн в собственной работе "О психическом смысле обряда" рассматривал соотношение группы и индивидума исходя из убеждений выполнения обряда. Групповой обряд делает определенное обрамление, личный - саму психодраму. При всем этом все участники группы, сопереживая Личность и группа в психодраме и сочувствуя, принимают конкретное роль в действии.

Исполняя обряд, даже непосвященный непременно ощутит что-то особое, потому что в нем заключается надличностное архетипическое воздействие. Даже сцены и ситуации, на 1-ый взор кажущиеся ординарными, получают значение и смысл, которыми они не обладали в мемуарах и воображении.

Важной предпосылкой для Личность и группа в психодраме получения этого чувственного опыта является временное включение в группу, потому что в процессе ритуального деяния в группе появляется связь, которая сейчас в других критериях практически утеряна. На этом примере можно убедиться в необходимости совершения ритуалов. Но оживление ритуалов следует начинать с восстановления определенных способностей в их выполнении. Конкретно так и Личность и группа в психодраме происходит в психодраме: вход в драму, построение сцены, разработка темы, структура деяния, заключительная часть и т.д. - всегда схожи, и это дает возможность обращать больше внимания на вселенское, трансперсональное.

В психодраме идет речь об "экстериоризации внутреннего действия" (так гласил о ритуале Нойманн). "Наблюдающий, наблюдаемое и то, что в этот момент Личность и группа в психодраме происходит с ними, составляют единое психическое целое, для которого наружное уже не является наружным". В этом смысле хоть какое действие может считаться ответной реакцией на какое-либо событие, которую всегда можно конкретизировать в нуминозном контексте и отыскать ее соответствие с архетипической ситуацией, если к этому готовы и на это способны Личность и группа в психодраме участники.

В ритуальном действии совмещаются все временные и психические нюансы. Осознавая это, можно поменять свои представления о наружных и внутренних процессах, и такое понимание непременно даст итог.

Нойманн ассоциировал обряд с системой орошения, позволяющей навести поток безотчетного в личностную сферу. Такое сопоставление навязывается само собой, ибо целительное Личность и группа в психодраме воздействие обряда защищает человека от переполнения архетипической энергией. В этом смысле ритуальное психодраматическое действие обладает терапевтическим эффектом: оно делает защиту, канализирующую стихийную энергию безотчетного и заполняющую пустоту.

В процессе деяния участники, не имеющие роли и поэтому не принимающие настоящего роли в драме, должны внутренне либо через дублирование включиться в Личность и группа в психодраме игру, ибо только таким макаром они сумеют принимать экстериоризированное событие как собственный внутренний процесс. Конкретно так психодрама оказывает полезное воздействие на всех ее участников: они получают возможность погрузиться в базисные общечеловеческие препядствия, а конкретно такое погружение дает толчок личному росту.

Различительными чертами, объединяющими психодраму с игрой, являются повторяемость Личность и группа в психодраме, игровое место, мысль, на основании которой строится действие, эмоциональное напряжение, наличие определенных правил, спонтанность, свободная деятельность и возможность продолжения. Игра выходит за рамки обыденной жизни, в ней действуют другие правила. Каждый играющий сознательно покидает сферу вещественных интересов, обязанностей и делает то, что нравится, следуя внутренней потребности, сохраняя при всем этом определенные Личность и группа в психодраме временные рамки.

В собственных рассуждениях я придерживаюсь описания сущности игры, которое дано Хейзингой. С этой точки зрения психодраму можно рассматривать как игру. Но с другой стороны, ее полностью можно считать терапевтическим процессом.

Повторяемость игры предопределена условностью времени и драматической структурой.

В каждой игре в прямом (вещественном) и переносном (безупречном) смысле Личность и группа в психодраме появляется конкретное игровое место. Психодраматическая сцена - это место, в каком участники могут свободно передвигаться, либо просто круг, который образуют члены группы. В переносном смысле игровое место определяется обрядом; в "безупречном" смысле оно является внутренним психическим местом протагониста.

Психодрама состоит из 3-х фаз: разогрева, сценического деяния и Личность и группа в психодраме шеринга. Параллельно протекает процесс "воплощения" внутренних образов протагониста.

Соответствующей особенностью игры является напряжение: "неизвестность, момент выбора... Если натужиться, должно получиться... Такая ситуация для играющего преобразуется в испытание: проверяются его выдержка, находчивость, мужество, стойкость, сила духа" 71. Напряжение появляется в группе уже в самом начале сессии: “Кто сейчас будет протагонистом? Кто будет "играть Личность и группа в психодраме"?” Позже возникает напряженное ожидание протагониста: "Что получится? Получится ли мне впритирку подойти к дилемме?" Те же самые вопросы тревожут директора и группу. Чтоб открыть другим собственный внутренний мир и распознать внутри себя черты, которые неприятно созидать в других, поняв, сохранив и пережив внутри себя то, что ранее переживалось Личность и группа в психодраме в игре, нужны мужество и духовные силы.

Соблюдение правил игры можно сопоставить с выполнением обряда. Они распространяются на всех участвующих. Психодрама может состояться только при суровом отношении всех ее участников. Отступление от правил приводит к полному "провалу" игры.

При всем этом игра является свободной деятельностью. Игра, которая проводится по Личность и группа в психодраме сценарию, - это не игра. Так, к примеру, в согласовании с правилами психодрамы человек сам должен выразить желание стать протагонистом: любые советы тут совсем не к месту. Точно так же нереально заблаговременно найти содержание игры и ее тему. Тему игры именует главный исполнитель, а ее содержание рождается спонтанно.

Правилами Личность и группа в психодраме игры предвидено определенное поведение участников даже в тех случаях, когда появляется стрессовая, необыкновенная ситуация.

Игра чувственно лучше обыкновенной жизни, она не ограничена нормативными рамками обыденности.

В игре становится вероятным то, что вне ее считается неприемлемым либо даже недопустимым. К примеру, во время психодрамы человек может высказать то, о чем Личность и группа в психодраме же не станет гласить кое-где еще (из ужаса, осторожности либо нежелания). Тут можно делать все, что в другом месте могло бы вызвать издевку либо заслужить осуждение.

В этом смысле содержание игры еще богаче "обычной" жизни. Ее чувственная насыщенность возможно окажется значительно выше. Хейзинга привел красивый пример: отец следит за Личность и группа в психодраме четырехлетним сынишкой, играющим в металлическую дорогу. Поставив стулья один за одним в ряд, ребенок сел на 1-ый. В ответ на поцелуй отца, отпрыск ему гласит: "Папа, нельзя целовать локомотив, а то вагоны пошевелят мозгами, что он ненастоящий". То же самое в психодраме: если стул подменяет человека, никто не Личность и группа в психодраме может усомниться в том, что находится человек, хотя всем разумеется, что его подменяет стул.

Характерная психодраме серьезность может на нас воздействовать, заставив запамятовать о том, что это игра. Тогда у нас возникает установка, что игра, которая протекает тут, - это одно, а наружняя жизнь - совсем другое. Так, ребенок, который проникновенно и Личность и группа в психодраме серьезно погружен в свою игру, уверен, что он играет. Точно так же актер, который вошел в роль, помнит, что он находится на сцене. Даже в самые острые моменты психодрамы ни при каких обстоятельствах не следует забываться, по другому станут неосуществимыми обмен ролями и дублирование, не говоря уже обо Личность и группа в психодраме всем процессе в целом. Принципиальная особенность психодрамы заключается конкретно в том, что она развивается сразу в 2-ух плоскостях: одна создается в процессе игры, другая существует в прошедшем и будущем.

По словам Яблонски, своим открытием Морено обворожил всех: игра воображения может поменять мир!

Морено открыл принцип самоисцеления в игре и на его базе Личность и группа в психодраме сделал способ психодрамы, макетом которой является древная катастрофа.

Катастрофа появилась из лирических и культовых песнопений (trag-odia) и в VI веке до Рождества Христова числилась ритуальным действом. Перед зрителями выступал хор: поначалу вступление, потом основная и, в конце концов, заключительная часть. По знаку управляющего хора изменялась тема выступления Личность и группа в психодраме: она могла касаться горестей, хлопот либо животрепещущих для народа событий. При афинском деспоте Писистрате (560-527) Теспис дополнил хор актером-протагонистом, который стал другим полюсом деяния. В отличие от лирически-эмоционального хорового пения его речь была ясной и рациональной. Меж 2-мя полюсами появился чувственный контраст, различие меж ними усилилось еще более Личность и группа в психодраме, когда, меняя маски во время выступления хора, актер стал играть все новых и новых персонажей. Это создавало способности для проявления многогранной природы личности.

Тут несложно усмотреть параллель меж протагонистом в психодраме и протагонистом древней катастрофы. С момента самопредъявления в психодраматической группе усиливается чувственный накал. В самом начале драмы протагонист Личность и группа в психодраме ощущает себя "одиноким", но после введения в роли вспомогательных лиц начинается его анализ, ибо человек привносит в игру различные нюансы собственной личности и свои темы.

Подобно хору греческой драмы, группа может выражать свое отношение к происходящему через дублирование. Комменты, обобщения, поиск смысла во время шеринга напоминают заключительную часть выступления Личность и группа в психодраме хора. Если проследить предстоящее развитие катастрофы, параллели становятся еще больше явными, после того как Эсхил (525-456 гг. до н. э. ) ввел вторую актерскую роль. Число исполняемых ролей возросло. Актеры могли выступать по очереди либо сразу, вести диалог и обращаться к хору. Роли становились все более персональными, а действие - драматически Личность и группа в психодраме более насыщенным. Управляющий хора оставался на заднем плане. В конце концов, хор совсем утратил свою роль, и появилась драма без хора.

В современной психодраме хор (группа) сохранился в качестве ее обрамления. Он нужен на исходной и конечной стадиях, а в процессе деяния служит вторым планом (зрители), потому что в присутствии беспристрастного Личность и группа в психодраме зрителя личное само по себе становится беспристрастным.

Тут появляется ассоциация со "ступенями" психодрамы, которые вводят нас в игровую плоскость: возникновение протагониста, его диалог с директором, их совместное движение по кругу, образованному участниками группы - и так, шаг за шагом, происходит постепенная кристаллизация темы со всеми ее подробностями.

В катастрофы Личность и группа в психодраме тема выявляется при помощи художественных приемов: сюжет начинается откуда-то издалече, подводится к конфликту, конфликт обозначается и становится определенным, потом начинает развиваться действие. Сейчас управляющий хора действует лишь на втором плане.


lichnost-kak-deyatelnij-subekt-23.html
lichnost-kak-predmet-vospitaniya-faktori-formirovaniya-lichnosti.html
lichnost-kak-subekt-deyatelnosti.html